Наше здоровье

Ни один хирург не похож на другого, хотя всех их роднит высокая ответственность за жизнь человека. Французский хирург Р. Лериш в своих воспоминаниях писал: «Я любил все, что требовалось в неотложной хирургии: решительность, ответственность и включение целиком и полностью в действие». На первом месте для хирурга всегда — больной человек, но операция — его стихия. Профессор Я. Л. Цивьян пишет, что «хирургу работа в операционной также привычна, как инженеру — чтение чертежей, пианисту — игра на рояле, токарю — работа на станке... Если в моей клинике не состоялся почемулибо операционный день, я чувствую себя неуютно, день прошел зря. Ведь в моей жизни операция — это возможность помочь больным людям».
И дальше известный профессор делится своими ощущениями: «... вместе с тем операция для меня всегда связана с нечеловеческим напряжением. Без вдохновения в операционной работать нельзя. А оно требует неимоверного нервного и интеллектуального подъема. Концентрация мысли, воли, выдержки, знаний — все это предшествует и сопутствует движению моего скальпеля. Я действую Помогаю своими руками больному человеку. Подсчитано, что хирург за одну операцию теряет столько же физической энергии, сколько металлург за целую смену в горячем цехе у мартена. А невосполнимая трата нервной энергии Но я действую, помогаю человеку. И поэтому каждая операция вызывает у меня радостное чувство».
Для хирургов знаком извечный вопрос: делать или не делать операцию? Ведь нередко это вопрос жизни. Главный принцип хирургии гласит: операция никогда не должна быть опасней заболевания. Профессор Я. Л. Цивьян — хирургноватор, в его арсенале, кроме обычных операций, имеются уникальные и даже такие, что впервые выполнены в ортопедической хирургии. А новаторство всегда сопряжено со многими переживаниями. Хотя потом такие операции, открывающие новые возможности в лечении, осваиваются во многих больницах и становятся доступными большинству хирургов. Но ктото должен быть первым.
Да, в каждом деле кто-то должен быть первым, чтобы потом всем все стало ясно и доступно. Поэтому такие длительные раздумья у хирурга перед новыми операциями. Я не имею в виду абсолютные показания к операции: тяжелое кровотечение, прободение язвы желудка, ущемление грыжи, нарушенная внематочная беременность, тяжелые ранения и тому подобные состояния обязывают хирурга к немедленным вмешательствам. Здесь раздумья непростительны. А вот в плановой хирургии хирург готовится не только к сражению с болезнью, но и со своими сомнениями в правомочности рискованного шага, плата за который может быть очень высокой — жизнь человека.